Глава 1. ЗВОНОК В БУДУЩЕЕ

Спустя несколько секунд после полуночной смены суток, где-то под широким монитором, озаряющем вокруг себя сгустившийся полумрак, сначала негромко, а потом все настойчивее и настойчивее стал мелодично булькать и крякать веселый рингтон, вшитый в плату новенького смартфона. Мужчина бальзаковского возраста в красивых, поблескивающих на свету очках  ворчливо, еле слышно произнес: 

- Кому это в голову взбрело звонить в столь поздний час?

Его сосредоточенный на решении какой-то сложной компьютерной задачи взгляд оторвался от монитьора, и слегка угрюмое лицо с заметными у краев глаз морщинками вдруг оживилось, быстро смещаясь вперёд в поисках источника сигнала, который только что без стеснения посмел нарушить желанную тишину. 

По  лицу, хорошо осветившемуся в лучах голубого экрана, этому без сомнения представителю сильного пола можно было дать где-то лет пятидесят-пятидесят пять. Его правильные, мужественные черты, высокий открытый лоб с двумя небольшими, но упрямыми складками между бровей, прямой небольшой нос, квадратный подбородок, уверенный взор и голубые глаза могли рассказать, что за плечами осталась сложная и полная событиями жизнь, в которой он выстоял. И выстоял только потому, что в сложную минуту мог пойти на серьезный риск и добиться своего, что принимаемые им решения, в основом, были правильными, обдуманными. А помогали ему в этом ум и честь, передавшиеся от отца, а от матери - справедливость и доброта. 

Короткая окладистая борода, напиманавшая покрываший подбородок и щеки тонкий слой инея, и аккуратная стрижка неплохо сохранившихся, но уже частично поседевших на висках волос подчеркивали, что с ранних лет этот муж уважал себя и никогда не позволял себе появиться на людях растрепой. Даже среди близких. Даже по утрам в кругу своей семьи. Даже вычером за компьютером. Опытный наблюдатель тут же бы отметил, что перед ним человек, имеющий явное отношение к офицерской службе. И служил он никак не в милиции. Это был в прошлом военный офицер, где выправка командира для подчиненных имеет немаловажное значение.

Булькающий и поющий смартфон нашелся быстро. Его прямоугольный экранчик уже светился в темноте, а сам гаджет прерывисто вибрировал, медленно ползя по гладкому письменному столу. 

"Интересно! Кто же это? Видищь, не унимается. Значит - ко мне", - решил хозяин сматрфона.

В какое-то мгновение он попытался было угадать ночного подустителя. Возможно, ему звонил из-за границы бывший партнер по бизнесу, которому вдруг пришла очередная гениальная идея, и он не смог переспать с ней до утра. А, может быть, звонила сестра, которая с некоторых пор жила одна, без мужа, и в пустынной квартире ей присниться какой-то кошмарный сон. И чтобы немного успокоиться, она решила поделиться об этом с братом, как уже ни раз случалось за последний год.

Но угадать слету звонившего было не просто. Установленная в смартфоне мелодия звонка для всех звонивших была одинаковой. И эта мелодия ему даже полюбилась. Динамичный ритм и вплетающийся в мелодию веселый аккомпанемент необычных звуков очень уж напоминали  фразу: "Возьми меня и поскорей ответь!".   

Конечно, для каждого можно было установить свою, отличительную мелодию. И это было бы удобным. Например, как сейчас, для позднего времени суток. Тогда не надо было бы шарахаться в недоумении: "Ой! Кто это?". Но по ночам теперь его мало кто беспокоил, так что, смысла большого в этом не было.

- Ну-ка, ну-ка! -  взяв шарахающийся под монитором телефон, тихо произнес мужчина.  

Когда же он повернул к себе пестрый экран, по лицу заметное пробежало удивление. Вместо привычных опознавательных знаков - номера звонившего, его имени или фотографии - на экране виднелась незатейливая надпись: "Неизвестно". Эта неожиданная логограмма в столь позднее время суток могла говорить о чем угодно. Но сердце вдруг екнуло, и перед ним тут же предстал образ инкогнито, пожелавшего не представляться. Всем телом мужчина почувствовал, что сейчас ему звонил тот самый человек, звонок которого он ждал... два десятилетия.

"Она! - тревожная мысль, словно трескучая молния больно ударила в грудь. - Значит, все же нашла мой телефон... Хотя чему удивляться. В наше время такое сделать немудрено".

Этот ночной звонок сейчас зацепил в мозгу, казалось, насегда истлевший лоскуток памяти. И мгновенно сердце вновь наполнилось знакомой болью, той самой, которая, он думал, уже никогда не повториться. Но нет. Даже спустя столько лет, она никуда не испарилась, а незаметно спряталась в подкормке в виде черного рубца. И вот настал ее час. Она резко вырвалась откуда-то изнутри и теперь торжествовала в груди, напомная о далекой утрате и безысходности! 

Мужчина заботливо отключил назойливый звонок смартфона, оставив только шекотящую руку вибрацию, чтобы не будить и не волновать уснувших домочадцев. Он тупо глядел на надпись "Неизвестно" и теперь был просто уверен, что этот сигнал пришёл к нему не от талантливого друга или одинокой сестры, а из далекого прошлого, того самого прошлого, которое всегда хотелось вычеркнуть из памяти и забыть.

Стоит ли возвращаться назад, если когда-то согретые солнечными лучами и нежным теплом чертоги любви теперь превратились в жалкие руины, струящие ледянящий холод? Ему тут же захотелось отключить карманного предателя. Теперь в голове раздавалась не приятная для слуха мелодия рингтона, а гулкое, заливистое эхо колоколов, оказавшихся в руках разбушевавшихся звонаря. Он даже замахнулся, чтобы со всей силы бросить и разбить гаджет о белую стену, но остановился.

"А, может, это и не она? - промелькнуло в голове. - Жаль будет расставаться со своим дорогим помощником".

Внезапно появившиеся сомнения стали постепенно нарастать, беспокоя давно излечившуюся от страданий и затянувшуюся душевную рану. Как же долго он носил в себе боль разлуки, о ней даже никто и не догадывался, а она часто терзала и разрывала его сердце в клочья. Но годы лечат. В конце концов на месте любви, остался бездонный провал, чернеющая пустота, будто эту любовь живьем вырвали из груди.

Муж с шумом выдохнул в предвкушении возникших новых неприятностей, но постарался взять себя в руки. "Надо, все же, ответить, - молча говорил он себе. - Ведь там, в прошлом, живет не только Она. В ее когда-то ласковых руках до сих пор может хранится частица нашего несбывшегося счастья. Там, в далекой дали, возможно, живет маленький, беззащитный и родной мне человек. Тот, кого я никогда не видел, кого никогда не поднимал на руках к потолку, никогда не целовал его розовые щёчки. Тот, кто по вечерам, казалось, незаметно приближался к моему дому и из ночной темноты с укором смотрел на отца-неудачника, не произнося ни слова. Ведь я же за все эти годы так ничем ему и не помог". 

Вспомнилось мгновения, когда он спиной чувстовал на себе детский взгляд. И тогда он оборачивался, подходил к черному окну, прижимал к нему ладони и сквозь холодное стекло мучительно всматривался в алеи парка у дома. Но не заметив там, в бездонной глубине, никого, кроме мелькнувшего миража, с грустью отводил глаза. При этом сердце наполнялось невыносимой тоской и унынием. Судьба разделила их жизни.

Он понимал, что этот родной сердцу человечек, возможно, уже вырос и стал взрослым. И теперь сам мог принимать решения. Мог сам ему позвонить. Но раньше не решался. "А, может, все-таки это звонит не Она, а ее дочь... Моя дочь! И сейчас беззащитной кровинке нужна моя помощь? - с болью думал он, и тут же гнал от себя эти мысли: - Нет-нет-нет! Не может быть. Это не моя маленькая любовь. Не обманывай себя... Это наверняка ее все и вся разрушающая мать".

Телефон продолжал тихо похрапывать и бурчать, требуя: "Ответь же! Ответь...". И, если не ответить, сбросить вызов, то за этим звонком может последовать другой. Более настойчивый. Ещё один и ещё... Потому что там, вдали, откуда звонили, поймут, что ты у телефона, но сбрасываешь звонок, не желая говорить. А, может, струсил?

- Да не струсил я! Не в моем возрасте чего-то бояться. Просто, нет меня для тебя! Пойми же, я погиб! Пропал под обломками наших столкнувшихся в шторм кораблей..., - шепотом произносил он, чувствуя как вибрирует в руке гаджет. 

В какие-то доли секунды он почувствовал, как необъяснимый холодный ужас пробежал по спине. Он ощутил, как черные щупальца забытой, мучительной болезни, порожденные его любовью, откуда-то вновь стремительно выползают, вновь подбираются и тянуться к нему. Мужчина крепко сжал ладонями голову, упершись локтями в стол. 

"Паранойя! Опять эта невыносимая паранойя", - думал он. Он вспомнил, как одурманенный бежал от своей любви, бежал сломя голову и не замечал, что бежит по кругу, возвращаясь к ней снова и снова. Бежал, не видя выхода, пока вдруг не выбился из сил и не рухнул с уготованного ему колеса. 

И это его спасло. Потому что в тот момент кто-то сверху пожалел его и подарил ему родную душу, которая слилась с ним воедино, прикрыла от этой безумной напасти, излечила, подарила детей и надежду. И вот теперь, как ему казалось, он был здоров. Теперь он мог спокойно ответить на неприятный вызов. Но не хотел возращаться в прошлое. Даже на миг.

И, все же, в надежде услышать голос еще незнакомой ему дочери, он осторожно поднес к щеке ритмично бьющийся в руке смартфон и тихим, каким-то впредел измученным голосом, выдавил из себя шаблонную фразу, тут же исчезнувшую в бесконечной пустоте:

- Да... Я слушаю...

Ответ послышался не сразу. Видимо, там, издалека не рассчитывали, что он когда-нибудь отзовется. И только через пару секунд легко узнаваемый, почти не изменившийся за двадцать лет женский голос быстро произнес:

- Это ты? Привет... Ну как дела? Нелегко мне было тебя вычислить.

- Да. Это я... Но я совсем не рад твоему звонку, - наступило короткое молчание. 

Произнесенное слово "вычислить" в сочетании со знакомой ему интонацией, говорило, что он снова становится желанной, безволной добычей в руках виртуозного манипулятора,  и мушка прицела теперь опять прижата к его виску. 

Этот уверенный в себе человек, проживший немалую часть жизни, но, к сожалению, однажды опрометчиво попавший в рабство, замешанное на истинной, но безответной любви, человек, безрассудно отдавший себя в руки женщины, которую обожал до беспамятства, казалось вот-вот снова попадет в прежние, ловко расставленные сети. Но он был уже не тот, как много лет назад. И он ответил: 

- Ты знаешь? Ничего не изменилось. Как и раньше, слышу твой голос с содроганием. Поэтому не стоит мне звонить. Ничего уже не вернешь. Прошло столько лет... У меня своя жизнь, своя семья. Взрослые и любимые дети. Не мучай меня. Даже не пытайся. Оставь. Зачем тебе это?

- И ты любишь свою жену, как когда-то меня? - в голосе женщины зазвучали прежние едкие нотки, способные подавить волю влюбленного простака, будто она готовилась впрыснуть беззащитное сердце в сердце очередную порцию яда. 

- Да! Люблю. Но это тебя абсолютно не касается. Пока. 

- Постой! Еще не все. Твоя дочь хочет с тобой познакомиться...